Форум » Холмсо-Творчество прозаическое » Миссис Хадсон и Наполеон » Ответить

Миссис Хадсон и Наполеон

kalash: Придумал сюжет для альтернативки по ШХ, который, по моему еще никто не использовал в произведениях на основе ШХ и ДВ. Миссис Хадсон в Фильме на момент Знакомства уже пожилая женщина, лет под 70. То есть она родилась где то в 1809-11 годах или около того. А знаете, где она провела свое детство? Вы уже догадались , вспомнив название темы - на острове Св. Елены. И именно она была той английской девочкой, с которой общался Наполеон... Он же подарил ей золотую монету, которую она сохранила на всю жизнь. И именно из за нее однажды развернулись события на Бейкер стрит... Какие именно, тут у меня несколько вариантов... Предложите свои, с интересом выслушаем.

Ответов - 122, стр: 1 2 3 4 5 6 7 All

NT: Irene пишет: К вопросу о художниках Верне. Пра-прадедушка Холмса Клод Жозеф Верне Прадедушка Холмса Антуан Шарль Гораций Верне Девять сестер (среди членов - Шарль Верне) http://en.wikipedia.org/wiki/Les_Neuf_S%C5%93urs Дедушка Холмса Гораций Верне С такой родней Холмсу надо было не на пасеке пчел разводить, а картины писать, тем более и пейзаж позволял. Я уверена, что возьмись он за кисть, у него бы классно вышло! Талантливый человек талантлив во всем. Вон в тех двух рассказах, которые от лица Холмса, он сетует, что не обладает таким литературным талантом как Уотсон, а то бы он там расписал. А по-моему, пишет не хуже своего биографа. Мне почему-то кажется, что у него там было даже с картинками.

NT: kalash пишет: Придумал сюжет для альтернативки по ШХ, который, по моему еще никто не использовал в произведениях на основе ШХ и ДВ. Миссис Хадсон в Фильме на момент Знакомства уже пожилая женщина, лет под 70. То есть она родилась где то в 1809-11 годах или около того. А знаете, где она провела свое детство? Вы уже догадались , вспомнив название темы - на острове Св. Елены. И именно она была той английской девочкой, с которой общался Наполеон... Он же подарил ей золотую монету, которую она сохранила на всю жизнь. И именно из за нее однажды развернулись события на Бейкер стрит... Я тут недавно обнаружила, что миссис Хадсон, оказывается, была шотландкой.

maut: NT пишет: Я тут недавно обнаружила, что миссис Хадсон, оказывается, была шотландкой. А кто-то в этом сомневался???

фрекен борк: maut пишет: А кто-то в этом сомневался??? А кое-кто этого и не знал. А из чего следует, что она была шотландкой? Из фамилии, может быть?..

maut: "-Миссис Хадсон на высоте положения, -- сказал Холмс, снимая крышку с курицы, приправленной кэрри. -- Она не слишком разнообразит стол, но для шотландки завтрак задуман недурно. Что у вас там, Уотсон?" А. Конан Дойл. "Морской договор"

фрекен борк: maut пишет: Она не слишком разнообразит стол, но для шотландки завтрак задуман недурно. Ойй... Ну конечно, конечно!... Как я мог не догадаться! Спасибо!

фрекен борк: maut пишет: –Хм! – Холмс почесал подбородок – звук довольно громкий, его должно быть слышно, когда вы на этаже. Когда я прочитала эту фразу, я сначала подумала, что Холмс долго не брился... Потом перечитала еще раз... - и очень смеялась. maut, только не обижайтесь, пожалуйста. Ну просто, по-моему, это действительно смешно.

maut: фрекен борк пишет: maut, только не обижайтесь, пожалуйста. Ну просто, по-моему, это действительно смешно. (Голосом Мазарини из 20 лет спустя)Я не обижаюсь. И правда получается немного двусмысленно.

Irene: Название: Кольцо Марии Валевской Автор: Assole (Irene) Бета: Resurrection Фандом: Шерлок Холмс Гая Ричи Герои: Шерлок Холмс, Джон Уотсон, Генри Баскервиль, Ирэн Адлер Рейтинг: G Саммари: Не доверяйте незнакомкам. Примечание: написано на командную игру "Большая Игра Шерлокка Холмса" для команды Prima Donna (команда Ирэн Адлер). Дисклеймер: Герои сэра Артура принадлежат сэру Артуру, любовь Марии Валевской по преданию принадлежала Наполеону Бонапарту, любовь Шерлока Холмса — это что-то из области фантастики, а сэр Генри пусть разбирается сам. Мы же просто играем. Войдя в гостиную дома 221б по Бейкер-стрит, доктор Уотсон застал Шерлока Холмса склонившимся за столом, на котором в живописном беспорядке были разложены дамские украшения: бриллиантовое ожерелье, серьги и кольца. Их было не так уж и много, но они смотрелись весьма необычно среди знакомого беспорядка, от которого недавно женившийся Уотсон так и не успел отвыкнуть. — Добрый день! Вы ограбили ювелирный магазин? Холмс выпрямился и положил на стол часовую лупу, через которую рассматривал какое-то кольцо. — Это вещи сэра Генри, — улыбнулся он. — Здравствуйте, Уотсон! Рад вас видеть! — Взаимно. — Как Мэри? — после небольшой паузы спросил Холмс, небрежно крутя кольцо в пальцах. — Спасибо, хорошо. Мэри хочет, чтобы мы переехали. — Сюда? — Если бы! Она нашла чудесный домик, — нахмурился Уотсон. — И что? Почему вы так горестно вздыхаете? — Ерунда, забудьте. — А всё-таки? Деньги? — не унимался Холмс. — Чудесные домики даром не сдаются, — снова вздохнул Уотсон. — Как и прекрасные женщины. — Холмс! — Простите. — Так сэр Генри вернулся из круиза? И зачем он притащил вам эти побрякушки? Считает, что вы ещё и ювелир? Кольцо чуть было не выскользнуло из рук Холмса, но он успешно укротил его, положил на стол и невозмутимо ответил: — Нет, конечно, ему нужен мой совет. — Какой совет? — подавив улыбку, спросил Уотсон. — Из области исторических сказок. Вы слышали что-нибудь о Марии Валевской, Уотсон? — Пани Валевская… Это польская красавица, очаровавшая Наполеона Бонапарта? Не знал, что вас интересует история Франции. — Ну, во-первых, это не такая уж давняя история, во-вторых, если вы помните, в моих жилах течет не только английская кровь. — Только не говорите, что сентиментальные сказки о любви французского императора разбудили в вас дух вашей бабушки. — Я и не говорю. А вот сэру Генри рассказали одну подобную историю. И теперь он убеждён, что стал обладателем драгоценностей, принадлежавших когда-то Марии Валевской, в том числе кольца, которое она подарила Наполеону. — Правда? — Сэра Генри в этом уверили. Впрочем, он лучше расскажет сам, — Холмс обернулся к входящему гостю: — Здравствуйте, сэр Генри! Мы как раз собираемся пить чай, присоединяйтесь. Генри Баскервиль широко распахнул дверь в гостиную. За ним показалась хозяйка дома — миссис Хадсон — с подносом для сервировки чая. Она ловко проскользнула мимо Баскервиля, поставила поднос на стол перед Шерлоком Холмсом, рядом с украшениями, которые детектив и не подумал убрать, и так же быстро удалилась. Гость тем временем громко приветствовал присутствующих: — Мистер Холмс! Вот и я. Уотсон! Как поживает ваша жена? — Спасибо, хорошо, — доктор поспешно сменил тему: — Вас можно поздравить с возвращением? Холмс говорит, с вами произошла какая-то запутанная история? — Расскажите ему, сэр Генри. Заодно и я ещё раз послушаю. Вдруг всплывут какие-нибудь детали. — Извольте… — Баскервиль уселся на диван и начал рассказ. — Если помните, Уотсон, после той жуткой истории с собакой нервы мои были истощены. Я нуждался в отдыхе, за этим и отправился в кругосветное путешествие. Поначалу всё действительно было чудесно: спокойное море за бортом великолепного парохода, яркое солнце, приятные пассажиры. — Пассажиры или пассажирки? — ухмыльнулся Уотсон. — И пассажирки тоже. На третий день пути моё внимание привлекла одна незамужняя американка, которая путешествовала в одиночестве. Потом уже выяснилось, что она приехала в Англию с тётей навестить родственников. Но когда пришлось срочно возвращаться домой, тётя заболела и не смогла её сопровождать. — Тем не менее, эта американка охотно познакомилась с вами? — спросил Уотсон. — Не скрою, я был настойчив, — пояснил Баскервиль. — Девушка казалась такой печальной, что я просто обязан был выяснить, в чём дело. В конце концов, она взяла с меня клятву, что я никому не раскрою её историю. Оказалось, что по происхождению она полька, правнучка Марии Валевской, что от матери ей достались переходящие по наследству драгоценности, в том числе легендарное кольцо, которое Мария Валевская подарила Наполеону Бонапарту. По словам моей попутчицы, Наполеон перед смертью велел передать кольцо сыну Марии — Александру Флориану. Воля Наполеона была исполнена. Когда сын Марии Валевской умер, кольцо досталось его старшей дочери, а она передала его своей дочери — моей попутчице. — Она печалилась из-за того, что ей досталось такое наследство? — удивился Уотсон. — Нет, — возразил Баскервиль, — ей были нужны деньги. Бедняжка была готова расстаться с драгоценностями прабабушки, но переживала, что придётся продать их за бесценок, потому что никто не понимает их истинной ценности… — И вы купили у неё кольцо Марии Валевской? — Если бы вы оказались на моём месте, Уотсон, уверен, вы бы сочли величайшей наградой оказать помощь этой милой даме, не взяв драгоценностей. — И что же вам помешало? — буркнул Холмс, до этого не прерывавший рассказ Баскервиля. — Она не приняла моей бескорыстной помощи. Я долго уговаривал её, и она успокоилась только тогда, когда я согласился взять кольцо и бриллиантовое ожерелье. Эта женщина показалась мне ангелом. — Не знал, что ангелы теперь путешествуют на пароходах. А как она выглядела? — Как ангел, вероятно, — хмыкнул Уотсон. — Да, сэр Генри, воздержитесь от романтических эпитетов. Баскервиль ненадолго задумался: — Ну… среднего роста, стройная, шатенка, почти рыжая, глаза чёрные… — И что же вас заставило обратиться ко мне за советом? — Видите ли… я совершенно случайно узнал, что одному моему знакомому хотели продать похожее кольцо. — Любопытно. А что вам сказал ювелир, сэр Генри? — Ювелир сказал, что время изготовления драгоценностей, по его мнению, соответствует времени, когда Наполеон встретил Марию Валевскую, и что кольцо могло бы быть тем самым кольцом… — И что вас смущает? Вряд ли я скажу вам больше, чем профессиональный ювелир. Кольцо старинное, гравировка соответствует легенде. — Какая ещё гравировка? — заинтересованно спросил Уотсон. — На внутренней стороне кольца, которое Мария подарила Наполеону, было написано: «Когда ты перестанешь любить меня, помни, что я по-прежнему тебя люблю». На этом такая же гравировка, можете убедиться сами. Так что, скорее всего, вам досталось подлинное кольцо пани Валевской. Правда, есть одно обстоятельство, о котором вам следует знать: старшая дочь сына Марии Валевской — Луиза Мари Колонна-Валевская умерла в младенчестве. Так что она никак не могла быть матерью вашей знакомой. Но раз кольцо подлинное, не так уж и важно, от кого оно вам досталось. — Выходит, эта женщина солгала мне. — Не обязательно. Её мать могла остаться в живых. К примеру, её могли украсть в младенческом возрасте, это иногда случается. А родители, отчаявшись отыскать своё дитя, предпочли объявить о смерти ребёнка, чтобы избежать ненужных скандалов. — Но… — В любом случае, сэр Генри, это дело не стоит того, чтобы я за него брался. Впредь будьте осторожны и не доверяйте незнакомкам, даже если они похожи на ангелов. А теперь, джентльмены, давайте пить чай. За чаем к теме кольца разговор больше не возвращался, Баскервиль в подробностях описывал путешествие. Как только за сэром Генри закрылась дверь, в комнате повисла тишина, лишь жалобно звякнули чашки, когда Холмс ставил их на поднос. — Молчите, Уотсон. — Я молчу. — Забудьте об этом происшествии. — Это сложно. Вы были неподражаемы. Неужели, вам совсем не жаль Баскервиля? — Я же просил вас молчать! — Холмс схватил ближайшую чашку и со всей силы запустил её в дальний угол комнаты. — Китайский фарфор. Миссис Хадсон расстроится, — ровным тоном произнёс Уотсон. — Подарю ей на Рождество новый сервиз. Баскервиля мне не жаль, он сам виноват. — Возможно, но… — И потом, мой друг, теперь у вас могут появиться все шансы снять домик, который нравится Мэри. — Вы бредите? — Нет. Вам же хватило бы этой суммы на первое время? — Холмс вытащил из кармана халата карандаш и нацарапал несколько каракулей на краю газетного листа, лежащего перед Уотсоном. — Холмс, я подозревал, что Адлер свела вас с ума, но не думал, что настолько. — Я совершенно в здравом рассудке. И думаю, что за услугу, которую я только что оказал мисс Адлер, мне полагается некоторое вознаграждение. Половина его — ваша по праву. — Это было бы нечестно. — Это было бы справедливо. — Но сэр Генри… — Амурные похождения сэра Генри грозят бедой только сэру Генри, — твёрдо ответил Холмс. — С этим я могу согласиться, — кивнул Уотсон. — Но, вы же в самом деле не потребуете денег с мисс Адлер? Холмс откинулся на спинку стула и слабо улыбнулся: — Нет, конечно. — Я бы точно не стал в этом участвовать. — В какой-то степени вы уже соучастник, мой друг. У вас была прекрасная возможность разоблачить меня. Что вам помешало сказать Баскервилю, что женщина, которую он встретил на пароходе, по описанию очень похожа на известную аферистку Ирэн Адлер, а я её прикрываю? Уотсон задумался. — Вероятно, солидарность. И потом, под это описание могут подойти и другие женщины… наверное. А почему вы так уверены в том, что именно мисс Адлер продала Баскервилю кольцо? Есть какие-то другие доказательства, кроме неопределённого описания внешности? Холмс ответить не успел. Стройная шатенка среднего роста стремительно вошла в комнату: — О, да, мне тоже очень интересно. Расскажешь? — Здравствуйте, мисс Адлер! Почему я не удивлён тому, что вижу вас здесь? — ехидно улыбнулся Уотсон. — Зато я удивлён, — мрачно отметил Холмс. — Когда ты научишься пользоваться дверным звонком? — Не раньше, чем ты уговоришь квартирную хозяйку починить его. Добрый день, джентльмены! — Смею заметить, что звонок был исправен, когда я входил сюда час назад, — добавил Уотсон. — Не надо быть великим детективом, друг мой, чтобы предположить, что вы вошли через парадный вход. Мой вопрос к мисс Адлер был скорее риторическим. Ирэн пожала плечами: — Я пришла по делу. — Ты всегда приходишь по делу, и добром это не заканчивается. — Не будь пессимистом. — Я, пожалуй, пойду? Мэри ждёт меня. Я зайду к вам завтра, Холмс. — Вы правы, Уотсон, нам с мисс Адлер надо кое-что обсудить наедине. Когда Уотсон вышел из гостиной, Ирэн подошла ближе к Холмсу:… — Не то чтобы я была против этого, но почему ты не сказал доктору всей правды? — Что ты и в самом деле дочь Луизы-Марии Колонна-Валевской, а значит, правнучка Марии Валевской? Что твою мать украли ребёнком, а ты узнала об этом уже после её смерти? Всё это не имеет отношения к делу. — Разве? — Кольцо-то у тебя всё равно не от матери, а от дяди — Александра Антуана, внебрачного сына Александра Флориана Колонна-Валевского и актрисы Рахиль Фелик. И я уже говорил, что не хочу знать подробностей того, как оно тебе досталось. Ирэн осторожно провела рукой по волосам Холмса, затем по шее. Он замер на мгновение, потом перехватил её руку: — Но мне бы хотелось знать, сколько ещё копий кольца ты сделала. — Каких копий? — Тебе не повезло. Ты обратилась к ювелиру, который давно работает на моего брата Майкрофта. Выполняет специальные заказы. Разумеется, к нему, как и к другим, нередко обращаются с просьбами сделать копию той или иной вещи. Он не отказывается, но ставит на выполненных копиях особые знаки, которые можно легко разглядеть с помощью специальных инструментов. Что-то вроде подписи. Ирэн улыбнулась: — С твоими способностями ты мог бы сам делать замечательные украшения. — У меня достаточно занятий, поверь. Сколько всего сделано копий с кольца Марии Валевской? — А ювелир Майкрофта тебе не сказал? Холмс оставил вопрос без ответа: — Я хочу услышать твою версию. — Ещё три. — Спасибо за честность. Твои запросы не уменьшаются. Тебе придётся отдать мне все копии кольца и забыть о них. — Я не делаю ничего, чего бы могла стыдиться. Сэр Генри рассказал, как началось наше знакомство? — Мне не интересны эти подробности, — отмахнулся Холмс, — как и то, каким образом тебе удалось выманить подлинное кольцо Марии Валевской у Александра Антуана. — Я не выманивала. Александр сам отдал его мне, когда узнал, что я — дочь Луизы-Марии. Холмс недоверчиво хмыкнул. — Послушай, — продолжила Ирэн. — Я действительно попыталась его очаровать, ну… ты понимаешь… Но потом, когда я стала бывать у него в доме, я случайно увидела портрет первой жены его отца — моей бабушки. Я чуть в обморок не упала перед этой картиной. Женщина на портрете была похожа на мою мать как две капли воды. В Америке я провела расследование и нашла свидетелей, подтвердивших, что мою мать действительно украли из семьи сына Марии Валевской. Холмс пристально посмотрел на Ирэн, но она не отвела взгляд. — Что-то подсказывает мне, — свободной рукой она ловко вытащила у него из-за ворота рубахи цепочку, на которой было подвешено кольцо, — что ты не носил бы эту вещь у сердца, если бы действительно думал, что она досталась мне нечестным путём. — Ну, ты просила сохранить кольцо, а здесь оно в безопасности. — М-мм… Всегда при тебе. — Это ни о чём не говорит. На этот раз промолчала Ирэн. Она не хуже собеседника знала, что если о чём-то не упоминают вслух, это вовсе не значит, что его нет. Конец

LaBishop: Irene пишет: — Спасибо, хорошо. Мэри хочет, чтобы мы переехали. — Сюда? Irene пишет: — Ну, ты просила сохранить кольцо, а здесь оно в безопасности. Шерлок Холмс у вас вышел ритчевский, пробы ставить некуда

Irene: LaBishop пишет: Шерлок Холмс у вас вышел ритчевский, пробы ставить некуда Так в шапке же указано, по какой экранизации фик.

LaBishop: Irene пишет: Так в шапке же указано, по какой экранизации фик Я знаю, я заметил. Просто одно дело в шапке написать, другое - в самом тексте чёрточки характера так удачно подчеркнуть

Irene: LaBishop, спасибо! Я решила, что вы меня не хвалите, а ругаете, вот и начала оправдываться.

Irene: Кстати, если кто-нибудь поругает (не меня, а рассказик), тоже будет хорошо. И вообще, господа и дамы, не стесняйтесь оставлять отзывы. "Не нравится", "Скучно", "Не верю", "А у вас тут запятой не хватает" - это тоже отзывы, и порой они важнее похвалы. Это относится не только к моим произведениям, разумеется. Да, я помню, что сама очень редко пишу отзывы.

Pinguin: Ну раз вы просите... Отзыв: не читал.

Михаил Гуревич: Irene пишет: Ирэн осторожно провела рукой по волосам Холмса, затем по шее. Он замер на мгновение Почитал с интересом. Валевская! Наполеон! История!

Рени Алдер: Irene пишет: не стесняйтесь оставлять отзывы. "Не нравится", "Скучно", "Не верю", "А у вас тут запятой не хватает" Не скучно Сюжет закручен весьма лихо, интрига интригует до самого конца Нравится Я не люблю фанфики и не смотрела Гая Ричи (возможно, и не посмотрю уже); но это не помешало мне получить удовольствие от колец Валевской :-) Спасибо! Верю Такой Холмс наверняка может существовать, и наверное даже где-то существует. Жаль, что он мне не нравится Это сугубо личное - любого страдающего, терзаемого, нервического и т.п. неблагополучного Холмса я не глядя сменяю на уютного и мирного МИФического; наверное, потому, что "цирка мне вполне хватает в жизни" :-)

Irene: Pinguin, спасибо, я ценю Ваше внимание. Михаил Гуревич Михаил Гуревич пишет: Почитал с интересом. Очень рада. Рени Алдер, спасибо за подробный отзыв! Рени Алдер пишет: Сюжет закручен весьма лихо, интрига интригует до самого конца Это важно, спасибо!

Pinguin: Irene пишет: Pinguin, спасибо, я ценю Ваше внимание. Не обижайтесь. Во мне заряд нетворческого зла - меня сегодня муха укусила. Но действительно, вероятность прочтения мной фанфика по ричехолмсу стремится к нулю.

Лоттик Баскервилей: Irene Рассказ очарователен! Бедный, бедный сэр Генри, мало ему двоюродного))



полная версия страницы